AstroD
«Тихо спит моя любовь,
Закрывает окна на ночь.
Дай ему волшебных снов
Ветер с неба ровно в полночь.»


Сиону казалось, что он в море… Лодка тихонько покачивалась из стороны в сторону. Но теплые руки надежно удерживали его от падения. Мимолетное прикосновение, легкое, словно крыло бабочки, заставило альбиноса забавно сморщить нос и сильнее прижаться к источнику тепла.

«Разбредутся по домам
Все тревоги все печали.
Я тебя в обиду никому не дам -
Не тревожь свой сон ночами.»


Все звуки будто доходили сквозь толщею воды – приглушенные, тихие, но Сион отчетливо слышал слова колыбельной.

«Этот голос… Недзуми?..» - сон постепенно отступал, но открывать глаза вовсе не хотелось. – «А если это все просто наваждение? Что, если я все еще в холодной камере?.. Один, наедине со своими мыслями...»

Едва слышный смешок заставил его что есть силы сжать веки. Черт! Какая же реалистичная иллюзия!

- Сион… Ты ведь уже не спишь… - не вопрос – утверждение. – Прошу тебя, открой глаза…

- Не хочу. Если открою глаза – все исчезнет, и… я снова буду один…

- Глупый… - «Что?.. почему в его голосе столько боли?»

Сион в удивлении распахнул глаза. Не было никакого моря, не было лодки и прохладного бриза, но тепло не уходило. Он сидел полностью завернутый в шерстяной плед, прижатый сильными руками к груди. Крыс медленно покачивал свою драгоценную ношу, а стук его сердца – бешенный, быстрый, словно после продолжительной пробежки – сливался с его, Сиона, пульсом.

- Недзуми… Ты вернулся… - на бледном лице расцвела счастливая улыбка.

- Прости меня. – голос предательски дрожал. Брюнет низко опустил голову, закрывая длинной челкой взгляд серебряных глаз. – Прости… – чувство вины, нежность к этому светлому сознанию, чье доверие утеряно бесповоротно, полностью захлестнули парня, заставляя судорожно вцепиться в немного сбившийся плед и повторять: - Пожалуйста, прости…

- Идиот… - Недзуми резко вскинул голову, встречаясь с ласковым взором вишневых омутов.

- Что?..

- Молчи уж! Ты хоть представляешь, как я волновался?!

Крыс открыл рот, чтобы хоть как-то оправдаться – старые принципы никак не желали меняться, но слова потонули в жарком поцелуе.

Это было похоже на борьбу. Жаркие движения губ сводили с ума. Окружающий мир вдруг потерял важность, а в голове отчаянно билась мысль: теперь они вместе, теперь все будет хорошо. Недзуми в последний раз несильно прикусил губу любимого и отстранился. Последовал разочарованный полувздох- полустон.

- Сейчас придут Инукаси и Акино. Позже продолжим… - Крыс хитро улыбнулся.

«Да. Теперь твердо знаю – все действительно будет хорошо. Ах да, я ведь совсем забыл…»

Брюнет снова улыбнулся. С легкостью опрокинув Сиона на некое подобие кровати, он сдернул осточертевший плед и прижался губами к едва выпуклому животу любимого.

- Не волнуйся… Я ни за что не оставлю вас одних.

- Недзуми…

А в воздухе все еще звучали тихие отголоски колыбельной:

«Спи пока тебе ласковый ветер поет песню,
Спи пока тебе звезды шепчут, что есть я,
Спи пока тебе небо открыло все тайны свои,
Спи, спи, спи, спи.»
*

***
- Так ты и есть тот самый Сион? - Акино оценивающе прищурился, словно смотрел на какую-то антикварную вещицу, выставленную на аукцион. - Что ж, а ты не так плох, раз сумел улизнуть от моего братца.

Сион вздрогнул и сильнее вцепился в руку Недзуми. Ощущение нереальности происходящего все еще не уходило, и парень на отрез отказывался отпустить ту частичку, что придавала уверенности - это действительно не сон.

Крыс негромко фыркнул, смерив Цутию-младшего уничтожающим взглядом.

- Да может хватит уже? - Инукаси недовольно сморщилась. Когда же эти кретины поймут, что ничего еще не кончилось! Что возвращение Сиона - это лишь первый пункт их плана, что Широ так просто их не отпустит, тем более, после нападения на своего сына. - Нужно как можно быстрее уходить из округа Шестой зоны! Или вам дороже ругаться?!

Повисло молчание.

- Я не могу так просто уехать... Мама... Она будет волноваться...

- Дурак! - Недзуми мысленно взвыл. Нет, сколько бы времени не прошло, Сион навсегда останется таким же чудиком! - Нам нельзя связываться с Каран! - но, увидев отблески обиды во взгляде альбиноса, поспешил продолжить: - Пойми, если нас засекут, твоя мать тоже будет в опасности! Как только мы окажемся в недоступном для этих ублюдков месте, мы сможем передать ей послание. Но только тогда, не раньше. Не обижайся... - уже почти с мольбой.

«Правду Инукаси говорила... Настроение беременного Сиона действительно напоминают взрывное устройство... При том с внушительным радиусом поражения.»

- Хорошо.

Собачница закатила глаза. Определенно, эта парочка друг друга стоит.

- Времени мало. Совсем мало... Что будем делать?

- Я связался со стариком. Он предоставит нам поддельные документы. Акино, ты сможешь договориться на счет машины? - и вновь привычная маска безразличия и холодная расчетливость на лице.

- Да, но уйдет время. Думаю, не больше двух часов.

- Отлично. Инукаси, ты патрулируешь территорию. Если что увидишь - немедленно уводи Сиона. - Крыс с нежностью посмотрел на вновь заснувшего чудика. - Я иду за документами. Все ясно?

- Предельно.

- Тогда, через 2 часа на этом месте, и... постарайтесь не попасть в переделку.

***

Инукаси напряженно всматривалась в темноту. Кожу обжигал холодный декабрьский ветер, с неба срывались редкие снежинки.

«Надо же... А я ведь и не заметила, как началась зима...» - девушка глубоко вздохнула. Свежий воздух немного щипал горло, и Собачница поплотнее запахнула куртку из спец-волокна. - «Постарайтесь не попасть в переделку, да? Пф! А сам-то... хорош, ничего не скажешь!»

Хотелось смеяться в голос. Привычная жизнь, с редкими появлениями Рикиги, презрительными смешками Крыса, устройством собак... Все рушилось, словно карточный домик. Да, выживание в Западном блоке было полно лишений и бед, а старая гостиница, мягко говоря, не лучшее место для жизни подростка, но... Черт возьми! Все это стало таким родным, желанным... И Инукаси позволяла себе маленькую слабость, согревающую одинокими зимними вечерами. Позволяла себе закутаться в старое дырявое одеяло в обнимку с собакой, позволяла себе назвать это место домом... А теперь... Она покинет Западный блок. Но что ждет их «компанию» дальше? Тишина не способна дать ответа на этот вопрос.

Размышления девушки прервал тихий рык пса.

- Серый? Что случилось? - животное неотрывно смотрело в темноту, не обращая никакого внимания на хозяйку.

Инукаси напряглась и неуловимым движением руки достала нож.

«Вот же... Если это отморозки Цутии, я ничего не смогу противопоставить. Вряд ли они пойдут на меня в рукопашную.»

- Молчи. - тихий шепот, но пес, как ни странно, послушался. Не зря же Собачница столько лет потратила на его обучение. Серый - один из самых умных её «собратьев».

Быстро шагнув в тень, она зажала рот рукой - почему-то именно сейчас сердце билось как бешеное, а дыхание никак не хотело приходить в норму.

- Может хватит прятаться? Я все равно знаю, что ты здесь, так к чему весь этот спектакль.

- Тебе ли разглагольствовать о театре? - «Нельзя показывать никому свою слабость. Ну же, давай, успокойся, черт тебя дери!» - Чем обязана столь неожиданным визитом?

Брюнет ухмыльнулся.

- Пришел за своим. Не скажешь, где тот пацан... Сион?

- Я бы рада, да за разглашение такой информации мне одна крыса горло перегрызет. - слегка насмешливые интонации. Девушка с наслаждением отметила, что на лице оппонента проступило раздражение.

- Я позволю вам уйти.

- Что?! - «А он умеет удивлять...»

- Если ты позволишь мне забрать альбиноса, я не буду преследовать всех вас, в том числе и моего неугомонного братишку. - где-то тут явно крылся подвох, но в темных глазах не было и капли издевки. Он не шутил.

«Куда же делась та эгоистичная Инукаси, рожденная на задворках мира?.. Может стоит сдать им чудика, да и дело с концом?»

- Заманчивое предложение... - на лице Катсуо появилась довольная ухмылка, впрочем, через мгновение сменившаяся хищным оскалом. - Но вынуждена отказаться. Я уже говорила: не хочу быть завтраком падали.

«Правильно. Та Инукаси, что так отчаянно хваталась за жизнь, ни за что бы не повелась на такие глупые уловки.»

- Что ж... Жаль.

Больше слов не нужно было. Инукаси точно знала, что последует за этим. Быстро отскочить, спрятавшись за полуразрушенный дверной косяк. Послышался выстрел. Мимо.

Собачница перевела дух. Подобраться к нему с ножом - просто нереально. Значит, нужно всего лишь продержаться до прихода Недзуми.

«Прости, Крыс. Я не смогла увести Сиона. Надеюсь, Серый быстро тебя отыщет...»

- Так и знал, ты только и умеешь, что прятаться! Ну же! Покажись! - в голосе звучали нотки безумия.

«Он не знает наверняка, где я нахожусь... Что ж, уже радует. Можно попытаться обойти его с тыла...»

Стараясь передвигаться как можно бесшумнее, девушка двинулась в сторону. Шаг... Еще шаг... Каждое соприкосновение с поверхностью отдавалось невообразимым диссонансом в её голове, рука судорожно вцепилась в нож. Только бы не проколоться. Ну же! Еще немного!

Собачница сделала резкий рывок, до врага оставался всего метр, но...

- Попалась! - а в следующее мгновение торжествующих клич затмил грохот выстрела.

Карие глаза будто в удивлении расширились, а расфокусированный взгляд медленно переместился с лица Катсуо на кровоточащую рану в животе. Казалось, все было залито бардовыми красками. От уголка рта опустилась тонкая струйка крови, а лицо девушки искажено гримасой невыносимой боли. Безвольное тело опустилось на холодные камни.

«И это конец?»

Мысли начали блекнуть, окружающий мир превратился в сплошное черное полотно, но Собачница упрямо заставляла побледневшие губы двигаться. повторяя лишь одно:

- Ты уже проиграл. У тебя ничего не выйдет...

- А, по-моему, у меня уже все вышло. - мужчина безумно рассмеялся и направил дуло пистолета вниз, туда, где, словно фарфоровая кукла, перепачканная неуклюжим ребенком в вишневом варенье, лежала Инукаси. - Пора прощаться... Быть может, еще встретимся... на том свете.

Вновь грянул выстрел, и в широко распахнутых карих глазах навсегда застыло звездное небо...

***

Сион неосознанно сжался. Снова холодно... Только почему кажется, будто физический холод тут совсем ни при чем? Почему все внутри сжалось в предчувствии чего-то страшного, непоправимого?

«Я ведь не один... Теперь Недзуми со мной. Теперь все должно наладиться. Должно...но...»

Громкий грохот заставил альбиноса вскрикнуть. Он уже слышал этот звук - звук беды, неминуемого горя...

«Выстрел? Но откуда здесь?.. Инукаси!»

Бежать, бежать... Только бы ничего не случилось! Он должен помочь Собачнице, должен предупредить, должен... Черт возьми! Он просто должен убедиться, что с ней все хорошо, услышать очередную колкость и счастливо улыбнуться в ответ! В проходе мелькнул чей-то силуэт... Только какое это сейчас имеет значение?! Ему нужно спешить!

- А вот и мой приз! - «Этот голос...»

Сион остановился, словно натолкнувшись на невидимую преграду. Сердце билось в бешеном ритме, а на лице постепенно появлялось выражение паники.

- Что, малыш, не далеко, смотрю, ты убежал. Может сдашься?

- Где Инукаси? - юноша с отстраненным удивлением отметил некие звериные нотки в собственном голосе.

- Та шавка? Она стояла у меня на пути.

Катсуо медленно приближался к мальчику, тот же осторожно отступал назад, стараясь не оступиться и не упасть. Нет. Все-таки создавать маски - привилегия Недзуми. Остатки самообладания Сиона уверенно растворялись, поддаваясь волнам страха.

- У тебя есть выбор: либо ты добровольно уходишь со мной, тем самым спасая своего крысеныша; либо я забираю тебя силой, но уже к утру Недзуми повторит печальную судьбу своей... подружки.

«Сдаться? Позволить какому-то уроду прикасаться к себе? Подчиняться ему? Ну уж нет! Я верю Недзуми! С ним все будет хорошо!...»

- Что, не согласен? - немного охрипший баритон окрасился нотками удивления. - Знаешь, я был уверен, что ты согласишься.

Резкий рывок со стороны Цутии, и Сион, нелепо взмахнув руками, падает на землю. Алые глаза расширяются, зрачки заполняют почти всю радужку, а руки, перепачканные в багровой тягучей жидкости, дрожат.

- Инукаси... - слезы катятся по щекам, но смахнуть их сейчас кажется невозможным.

Тело оцепенело, разум отказывался воспринимать информацию, ведь только полчаса назад все было хорошо! Собачница задорно улыбалась, рассказывала ему о своих «подопечных»... Она жила!

Рука сама потянулась к растрепанным каштановым волосам, теперь слипшихся от крови.

- Ину... Хватит притворятся... - мальчик легонько потряс девушку за плечи. - Пожалуйста, хватит, ты меня пугаешь!.. Пожалуйста! Не умирай! - шепот перерос в отчаянный крик. Слезы не желали кончаться, а сквозь мольбы начали пробиваться глубокие рыдания.

Катсуо с безразличием наблюдал за действиями альбиноса. Весь этот фарс затягивался. Пора было его прекращать. Игрушку не сломали ни жестокость, ни унижения, но сломала смерть... Что ж, зато теперь у него есть новая марионетка. Мужчина быстро приблизился к Сиону и, схватив того за волосы, заставил подняться на ноги.

- Мертвые не оживают, зато живые легко умертвляются.

- Отпусти Сиона, если не хочешь стать подтверждением своих же слов. - альбинос вздрогнул и поднял взгляд.

- Недзуми...

Рука, крепко сжимающая белые пряди, разжалась, и юноша, не в силах сдерживать охватившую его слабость, вновь опустился на землю.

- А вот и виновник торжества!

Недзуми скривился. Хоть в голосе врага была явная насмешка, в его словах заключалась горькая правда - если бы не он, ничего бы этого не случилось. Маленький подвальчик наполняли бы армат свежеприготовленного супа и вишневого пирога, уютную тишину разбавляли бы тихий шелест страниц и забавное сопение чудика, как всегда заснувшего на первых же строках...

Взгляд Крыса опустился к алым разводам на камнях, а затем переместился к кукольному телу Инукаси... Зубы стиснуты до предела, ногти впиваются в ладонь, а, зажатый во второй руке, пистолет немного подрагивает. Недзуми с яростью смотрел на ухмыляющегося Катсуо.

- Что же ты молчишь?

Они стояли друг против друга, направив оружие на врага. Отчаяние сменилось глухой апатией. Было все равно, кто выстрелит первым, ведь оба понимали, что, нажав на курок, умрут вместе.

Сион наклонил голову набок, слезы прочерчивали дорожки на покрытых пылью, некогда румяных, щеках.

«Недзуми снова готов пожертвовать собой ради меня... А что я? Я ничего не могу сделать... Ровным счетом ни-че-го... Я думал, что хоть немного изменился за это время. Значит, все это время я врал не только Крысу, но и себе? Нет. Хватит. Я больше не могу смотреть, как мои родные отдают свои жизни ради меня! И пусть... Пусть мне не суждено узнать счастья вместе с любимыми... Пусть. Зато они будут живы.»

Катсуо неотрывно следил за действиями Недзуми. Нельзя упускать ни одной детали в его поведении. Один раз оступишься - и смерть. Мальчишка... Он давно уже исчерпал себя. Брюнет ошибался. В нем нет ничего выдающегося, а та искра, что так заинтересовала мужчину при их первой встрече, угасла вместе с жизнью девчонки-псины. Сион более не представляет опасности для Цутии... Но ведь каждый актер когда-нибудь забывает о том. что написано в сценарии...

Альбинос резко поднял голову. Один миг - и он уже выхватил у неожидавшего столь резкого нападения брюнета пистолет и откинул его на пару метров. Этого мгновения хватило, чтобы Недзуми рванул вперед; хватило, чтобы он, оттолкнув мальчишку в сторону, заломил руки Катсуо за спину; этого хватило, чтобы на сцене, под финальные аккорды его ругани, появился Акино, а вместе с ним еще четверо крепких парней с закрытыми лицами.

Сион словно сквозь туманный занавес наблюдал за «игрой». Люди казались деревянными куклами с полупрозрачными ниточками-поводками, и только Недзуми, среди этого погорелого театра, казался по-настоящему живым, искренним, настоящим... Звуки доходили приглушенными, глухими, и, если закрыть глаза, можно было испугаться - создавалось впечатление, что он находиться под водой. Даже воздух стал тяжелым и горьковато-кислым на вкус...

- Недзуми... У нас... вышло... - тихий, едва слышный шепот, а потом занавес опустился...

***

Тело переполнено ноющей болью, ноги гудят, а руки, перепачканные в серой пыли, онемели от холода.

Раз... Недзуми аккуратно спускает безжизненное тело на землю и, наверное впервые, тепло смотрит на бледное лицо девушки. Легкое движение руки, и теперь в её глазах уже никогда не отразятся лунные блики.

Два... Юноша грустно улыбается, а в тишине все еще слышны отголоски слов: «Спасибо...».

Три... С неба падает снег, покрывая своим белым пухом каменные обломки, мертвые деревья и замерзшую землю. Голос немного хрипнет, но от этого не становится менее красивым. Наоборот - он приобретает особый бархатный оттенок.

- Я задолжал тебе одну вещь... Помнишь, - Недзуми глубоко вздохнул. Тяжело. Господи, как же тяжело... - Мои песни способны переносить души в рай... Ты сдержала свое слово, теперь моя очередь...

«Солнце, мне кажется, ты устало светить
Солнце, мне кажется, ты просто устало
Ляг скорей в облака, отдохни
Я поправлю тебе одеяло
Солнце, забудь обо всем
Я отменю все метеосводки
Хочешь, я буду беречь твой сон -
Самый сладкий и самый короткий
Сон...»



События минувшего дня проносятся перед глазами, и Недзуми, в который раз, грустно улыбается:

« - Недзуми... У нас... вышло... - шепот, больше похожий на шелест осенних листьев, доносится до слуха юноши. Только вот в декабре уже нет золотой листвы, да и неоткуда ей взяться здесь - на обломках чьих-то жизней не растут деревья.

«Черт!» - Крыс отвлекся, а через мгновение, словно наказание за его слабость, последовал не слабый удар в челюсть. Голова по инерции дернулась в сторону, а взгляд на секунду стал расфокусированным.

Борьба длилась не долго. Перевес сил был явно не в пользу Цутии, но осознание этого пришло только тогда, когда он почувствовал на запястьях холод метала, а наручники с негромким лязгом защелкнулись.

- Ты проиграл. - спокойный голос, со стальным отзвуком.

- Акино... - Катсуо горько усмехнулся, глядя в холодные глаза шатена. - Ты убьешь своего родного брата?

- Назови хоть одну причину не делать этого? Разве не ты только что собирался убить меня?

- Довольно. - Недзуми с нескрываемым отвращением смотрел на старшего Цутию. - Что ты планируешь с ним делать? - они немного отошли.

- Он станет залогом безопасного разговора с... отцом. - Акино слегка поморщился. Все же перспектива разговора с родителем была, мягко говоря, пугающей. - Но, если он попытается бежать, я убью его.

- Уж постарайся не упустить его.

- Можешь не беспокоиться

- Господин Акино, каковы дальнейшие указания?

Акино окинул наемников оценивающим взглядом. Двое молодых мужчин крепкого телосложения. На вид, им не больше двадцати пяти. И что они вообще тут забыли? После падения стены перед ними открылись все двери, но они выбрали Западный блок...

Шатен слегка улыбнулся, и кинул одному из них небольшой мешочек. Металлическое звяканье давало знать, что под плотной тканью скрываются несколько золотых пластинок.

- Вы свое дело выполнили. Можете быть свободными.

Недзуми удивленно вскинул брови.

- Уверен, что справишься один?

- Да. Из нас двоих оружие у меня, помнишь?

Крыс устало вздохнул. Вот в этом и заключается особенность людского «Я». Дай человеку хоть немного власти, он тут же начнет чувствовать себя хозяином положения. Так было, так есть и так будет всегда. Этого не изменить...

- Ты... Вернешься? - вышло немного неуверенно. В конце-концов, парень и сам не знал, зачем спрашивает об этом.

Акино молчал, нервно запустив руку в свои волосы. Давний жест, выдавший волнение хозяина.

- Нет. Как ни крути, а Пятая зона - мне не место. Тут у меня есть все - положение, власть, сила... Знаешь, я только сейчас понял... После смерти мамы, Широ старался обеспечивал нас всем. Одежда, деньги, образование - мы не в чем не нуждались. И, несмотря на то, что это стремление взрастило в нем алчность, циничность, он никогда не пойдет против своих сыновей. - парень вновь немного помолчал, а затем ухмыльнулся и саркастично добавил: - Тем более, если один из них приставляет к виску другого пистолет.

- Что ж... Тогда... Удачи тебе. - Акино широко распахнул глаза - впервые он видел не злой оскал, не ироничную ухмылку, а улыбку на устах Недзуми. Искреннюю, настоящую. - И... Спасибо тебе...»


Песня, тихая, почти неуловимая для слуха, лилась, казалось, из самого сердца. Да, наполненная грустью, болью, обидой, но такая теплая, светлая... И, отчего-то, Крыс не сомневался - прощальный подарок достиг адресата...

«Белые лилии спят на темной воде
Спят лунные кратеры, космоса черные дыры
И ты плывешь сквозь них в темноте
К берегам совершенного мира
Прячет в ладони лицо
Юный месяц - печальный и кроткий
Он ведь знает о том, что твой сон -
Самый сладкий и самый короткий
Сон...»
**

* - Земфира - Колыбельная
** - FLEUR - Колыбельная для солнца

@темы: Недзуми/Сион, Номер 6, творчество, фанфики